|
We seem to have overcome
Soviet fascism, though the heirs
of Nazi-fascism live; but the biggest threat
to freedom lies
in Islamic fascism.
Freedom is not
self-evident.
We are at war – and we have to defend ourselves.
For the sake of
our children.
 |
|
|
|
|
| |
 Уроки
истори
«Если
я попробую найти удобную формулу, для времени перед Первой Мировой
войной, в которое я вырос, то я надеюсь, что будет четче всего
говорить: это был золотой век надежности. Все в нашей почти
тысячелетней австрийской монархии казалось основанным на длительный
срок и само государство-высший гарант этой прочности. (...) Наша
валюта, австрийская крона, была в чистых золотых монетах и
гарантировала вместе с тем ее неизменность. Каждый знал, скольким он
владел или сколько ему было доходов, что было позволено и что было
запрещено. Все имело норму, определенную меру и вес. Тот, кто владел
имуществом, мог точно рассчитывать, сколько в процентах оно ему
ежегодно приносило, служащий, офицер мог найти в календаре год, в
котором он бы авансировал и в котором он ушел бы на пенсию. Каждая
семья имела определенный бюджет, она знала, сколько она должна была
расходовать для жительства и еды, для летней поездки и представлений
(...). Тот, кто владел домом, рассматривал его в качестве уверенного
жилища для детей и внуков, двор и дело переходил по наследству; в то
время как грудной ребенок лежал в колыбели, ему уже готовили первую
лепту в жизненный путь, маленький резерв для будущего в копилке или
сберегательной кассе. Все являлось прочным в этой далекой империи и
незыблемо на своих местах и на наивысшем—сам преклонных лет император;
однако, если бы он умер, то все знали (...), что другой взошел бы на
его место и ничто не изменилось бы в хорошо-рассчитанном порядке.
Никто не верил в войны, в революции и свержения. Все радикальное, все
насильственное было немыслимо в век разума. Это чувство надежности
было самым желанным владением миллионов, общий жизненный идеал. [...]
Всё дальнии круги общества жаждали участия в этом идеале. Сначала
только имущие наслаждались этим преимуществом, однако постепенно,
широкие массы включались в этот процесс; столетие надежности стало
золотым веком страхования. Дом страховался против огня и вторжения,
&# | |
